Зотая поэзия. Литературный портал
Золотой век русской поэзии
Серебряный век русской поэзии
СССР - послевоенный период
Лирика Востока

 

Константин Дмитриевич Бальмонт

(Без переводов)

 

Снежные цветы

1 В жажде сказочных чудес, В тихой жажде снов таинственных, Я пришел в полночный лес, Я раздвинул ткань завес В храме Гениев единственных. В храме Гениев Мечты Слышу возгласы несмелые, То - обеты чистоты, То - нездешние цветы, Все цветы воздушно-белые. 2 Я тревожный призрак, я стихийный гений, В мире сновидений жить мне суждено, Быть среди дыханья сказочных растений, Видеть, как безмолвно спит морское дно. Только вспыхнет Веспер, только Месяц глянет, Только ночь настанет раннею весной,- Сердце жаждет чуда, ночь его обманет, Сердце умирает с гаснущей Луной. Вновь белеет утро, тает рой видений, Каждый вздох растений шепчет для меня: "О, мятежный призрак, о, стихийный гений, Будем жаждать чуда, ждать кончины дня!" 3 В глубине души рожденные, Чутким словом пробужденные, Мимолетные мечты, Еле вспыхнув, улыбаются, Пылью светлой осыпаются, Точно снежные цветы,- Безмятежные, свободные, Миру чуждые, холодные Звезды призрачных Небес, Тех, что светят над пустынями, Тех, что властвуют святынями В царстве сказок и чудес. 4 Я когда-то был сыном Земли, Для меня маргаритки цвели, Я во всем был похож на других, Был в цепях заблуждений людских. Но, земную печаль разлюбив, Разлучен я с колосьями нив, Я ушел от родимой межи, За пределы - и правды, и лжи. И в душе не возникнет упрек, Я постиг в мимолетном намек, Я услышал таинственный зов, Бесконечность немых голосов. Мне открылось, что Времени нет, Что недвижны узоры планет, Что Бессмертие к Смерти ведет, Что за Смертью Бессмертие ждет. 5 Ожиданьем утомленный, одинокий, оскорбленный, Над пустыней полусонной умирающих морей, Непохож на человека, а блуждаю век от века, Век от века вижу волны, вижу брызги янтарей. Ускользающая пена... Поминутная измена... Жажда вырваться из плена, вновь изведать гнет оков. И в туманности далекой, оскорбленный, одинокий, Ищет гений светлоокий неизвестных берегов. Слышит крики: "Светлый гений!.. Возвратись на стон мучений... Для прозрачных сновидений... К мирным храмам... К очагу..." Но за далью небосклона гаснет звук родного звона, Человеческого стона полюбить я не могу. 6 Мне странно видеть лицо людское, Я вижу взоры существ иных, Со мною ветер, и все морское, Все то, что чуждо для дум земных. Со мною тени, за мною тени, Я слышу сказку морских глубин, Я царь над царством живых видений, Всегда свободный, всегда один. Я слышу бурю, удары грома, Пожары молний горят вдали, Я вижу Остров, где все знакомо, Где я - владыка моей земли. В душе холодной мечты безмолвны, Я слышу сердцем полет времен, Со мною волны, за мною волны, Я вижу вечный - все тот же - Сон. Я вольный ветер, я вечно вею, Волную волны, ласкаю ивы, В ветвях вздыхаю, вздохнув, немею, Лелею травы, лелею нивы. Весною светлой, как вестник Мая, Целую ландыш, в мечту влюбленный, И внемлет ветру Лазурь немая,- Я вею, млею, воздушный, сонный. В любви неверный, расту циклоном, Взметаю тучи, взрываю Море, Промчусь в равнинах протяжным стоном, И гром проснется в немом просторе. Но снова легкий, всегда счастливый, Нежней, чем фея ласкает фею, Я льну к деревьям, дышу над нивой, И, вечно вольный, забвеньем вею.