Зотая поэзия. Литературный портал
Золотой век русской поэзии
Серебряный век русской поэзии
СССР - послевоенный период
Лирика Востока

 

Константин Николаевич Батюшков

 

Отрывок из I песни "Освобожденного Иерусалима"

Пустынник Петр говорил в верховном совете. Он предложил Готфреда в вожди. Скончал пустынник речь... Небесно вдохновенье! Не скрыто от тебя сердечное движенье, Ты в старцевы уста глагол вложило сей И сладость оного влило в сердца князей, Ты укротило в них бушующие страсти, Дух буйной вольности, любовь врожденну к власти: Вильгельм и мудрый Гелф, первейший из вождей, Готфреда нарекли вождем самих царей. И плески шумные избранье увенчали! «Ему единому, — все ратники вещали, — Ему единому вести ко славе нас! Законы пусть дает его единый глас; Доселе равные, его послушны воле, Под знаменем святым пойдем на бранно поле, Поганство буйное святыне покорим. Награда небо нам: умрем иль победим!» Узрели воины начальника избранна И властию почли достойно увенчанна. Он плески радостны от войска восприял, Но вид величия спокойного являл. Клялися все его повиноваться воле. Наутро он велел полкам собраться в поле, Чтоб рать под знамена священны притекла И слава царское веленье разнесла. Торжественней в сей день явилось над морями Светило дня, лучи лиющее реками! Христово воинство в порядке потекло И дол обширнейший строями облегло. Развились знамена, и копья заблистали, Скользящие лучи сталь гладку зажигали; Но войско двигнулось: перед вождем течет Тяжела конница и ей пехота вслед. О память светлая! тобою озаренны Протекши времена и подвиги забвенны, О память, мне свои хранилища открой! Чьи ратники сии? Кто славный их герой? Повеждь, да слава их, утраченна веками, Твоими возблестит небренными лучами! Увековечи песнь нетлением своим, И время сокрушит железо перед ним! Явились первые неустрашимы галлы: Их грудь облечена в слиянные металлы, Оружие звенит тяжелое в руках. Гуг, царский брат, сперва был во́ждем в сих полках; Он умер, и хоругвь трех лилий благородных Не в длани перешла ее царей природных, Но к мужу, славному по доблести своей: Клотарий избран был в преемники царей. Счастливый Иль-де-Франс, обильный, многоводный, Вождя и ратников страною был природной. Нормандцы грозные текут сим войскам вслед: Роберт их кровный царь, ко брани днесь ведет. На галлов сходствует оружье их и нравы; Как галлы, не щадят себя для царской славы. Вильгельм и Адемар их войски в брань ведут, Народов пастыри за веру кровь лиют. Кадильницу они с булатом сочетали И длинные власы шеломами венчали. Святое рвение! Их меткая рука Умеет поражать врагов издалека. Четыреста мужам, в Орангии рожденным, Вильгельм предшествует со знаменем священным; Но равное число идет из Пуйских стен, И Адемар вождем той рати наречен. Се идет Бодоин с болонцами своими: Покрыты чела их шеломами златыми. Готфреда воины за ними вслед идут, Вождем своим теперь царева брата чтут. Корнутский граф потом, вождь мудрости избранный, Четыреста мужей ведет на подвиг бранный; Но трижды всадников толикое число Под Бодоиновы знамена притекло. Гелф славный возле них покрыл полками поле, Гелф славен счастием, но мудростию боле. Из дома Эстского сей витязь родился, Воспринят Гелфом был и Гелфом назвался; Каринтией теперь богатой обладает И власть на ближние долины простирает, По коим катит Рейн свой сребряный кристалл: Свев дикий искони там в детстве обитал. Между маем и началом августа 1808