Зотая поэзия. Литературный портал
Золотой век русской поэзии
Серебряный век русской поэзии
СССР - послевоенный период
Лирика Востока

 

Саша Чёрный

 

Колониальный день

Со сконфуженной улыбкой Влез я в поезд лилипутский, Подобрал повыше ноги,— В сердце — ветер, в пятках — зуд… Сквозь кусты летят-ныряют Разноцветные киоски,— Дети что ли их слепили Из халвы и пастилы? Тарахтят-гремят колеса… Сонно озеро блеснуло. Здравствуй, башня в бычьих мордах! Сомали! Мадагаскар! Дама рядом вертит ножкой… Ах, сударыня, простите! Не могу ж я разорваться — Или башня, или вы… Кругосветным хороводом Обогнули круг волшебный: В голове лапша цветная, Гроздья крыш и куполов… Полмильона потных ближних! Вправо двинуться иль влево? В ресторан антропофагов? Или к лону синих вод? Под соломенным наметом Глянцевитый, толстый идол На меня уставил строго Пупковидные глаза… Я воткнул ему под мышку Смятый свой путеводитель И, пугливо озираясь, Скрылся в зарослях кустов. В итальянской строгой зале Дышат ангелы прохлады… На стене вдоль карт мигают Светляками маяки. За витриной мелкий жемчуг, Пряжа, кофе и кораллы… Но душа моя надулась: «К черту пряжу! Ухожу!» В нидерландском павильоне Было, право, интересней: На скамейке иностранка Изучала томно план… О кудрей льняная пряжа! О лукавых губ кораллы! И глаза, как зерна кофе — По семнадцать франков фунт… Дотащился до зверинца… На площадке голой спали Львы, брезгливо повернувшись К пестрой публике спиной. В ров жираф забрался тощий И, как нищий, клянчит пищи… Я облатку аспирина Сунул в рот ему, смутясь… В три ряда на бурых скалах Восседали павианы: Может быть, у них был раут Иль научный реферат? На бугре облезлый страус В пыль струей зеленой прыснул… Я смущенно отвернулся И пошел, вздыхая, прочь. Все, что надо, я проделал: Полчаса глазел, как негры, Зверски дергая задами, По помосту дули вскачь… Обошел базар тунисский,— Все духи там перенюхал И купил зачем-то каску Из прессованной трухи… Купол крепости суданской Всласть глазами я ощупал, Сосчитал вверху все палки, Выпирающие вбок… И потом стопой смиренной Обошел я храм Ангкорский… Ах, пожить бы в этом храме Одному недели три! Чтоб у входов часовые Отгоняли всех знакомых, Чтоб во всем огромном храме Только я и дактило… Чтоб… Но сумерки сгустились. Выполз к озеру усталый… О измученные пятки! О прилипший воротник! Переливчатым каскадом Вспыхнул пестрый дым фонтанов,— Я задумчиво и скорбно Ел под елкой бутерброд. Ел и думал, содрогаясь: «Как теперь я с этой каской Проскользну в метро ночное,— В человеческую кашу, В человеческий компот?!»