Зотая поэзия. Литературный портал
Золотой век русской поэзии
Серебряный век русской поэзии
СССР - послевоенный период
Лирика Востока

 

Саша Чёрный

 

Хмель

Русская сказка Шел-брел богатырь пеший — Подшутил над ним лесовик-леший: Прилег он в лесной прохладе, А леший подкрался сзади, Коня отвязал И в дремучую чащу угнал… Легко ли мерить версты ногами Да седло тащить за плечами? Сбоку меч, на груди кольчуга, Цепкие травы стелются туго… Путь дальний. Солнце печет. По щекам из-под шлема струится пот. Глянь, на поляне под дубом Лев со змеею катаются клубом,— То лев под пастью змеиной, То змея под лапою львиной. Стал богатырь, уперся в щит, Крутит усы и глядит… «Эй, подсоби! — рявкнул вдруг лев, Красный оскаливши зев,— Двинь-ка могучим плечом, Свистни булатным мечом,— Разруби змеиное тело!» А змея прошипела: «Помоги одолеть мне льва… Скользит подо мною трава, Сила моя на исходе… Рассчитаюсь с тобой на свободе!» Меч обнажил богатырь,— Змея, что могильный упырь… Такая ль его богатырская стать, Чтоб змею из беды выручать? Прянул он крепкой пятою вбок, Гада с размаха рассек поперек. А лев на камень вскочил щербатый, Урчит, трясет головой косматой: «Спасибо! Что спросишь с меня за услугу? Послужу тебе верно, как другу». «Да, вишь, ты… Я без коня. Путь дальний. Свези-ка меня!» Встряхнул лев в досаде гривой: «Разве я мерин сивый? Ну что ж… Поедем глухою трущобой, Да, чур, уговор особый,— Чтоб не было ссоры меж нами, Держи язык за зубами! Я царь всех зверей, и посмешищем стать Мне не под стать…» «Ладно, — сказал богатырь.— Слово мое, что кремень». В гриву вцепился и рысью сквозь темную сень. У опушки расстались. Глядит богатырь — Перед ним зеленая ширь, На пригорке княжий посад… Князь славному гостю рад. В палатах пир и веселье,— Князь справлял новоселье… Витязи пьют и поют за столом, Бьет богатырь им челом, Хлещет чару за чарой… Мед душистый и старый И богатырскую силу сразит. Слышит — сосед княжне говорит: «Ишь, богатырь! Барыш небольшой. Припер из-за леса пешой! Козла б ему подарить, Молоко по посаду возить…» Богатырь об стол кулаком (Дубовые доски — торчком!) «Ан врешь! Обиды такой не снесу! Конь мой сгинул в лесу,— На льве до самой опушки Прискакал я сюда на пирушку!» Гости дивятся, верят — не верят: «Взнуздать такого, брат, зверя!..» Под окошком на вязе высоко Сидела сорока. «Ах, ах! Вот штука! На льве…» Взмыла хвостом в синеве И к лесу помчалась скорей-скорей Известить всех лесных зверей. Встал богатырь чуть свет. Как быть? Коня-то ведь нет… Оставил свой меч на лавке, Пошел по росистой травке Искать коня в трущобе лесной. Вдруг лев из-за дуба… «Стой! Стало быть, слово твое, что кремень?..» Глаза горят… Хвостом о пень. «Ну, брат, я тебя съем!» Оробел богатырь совсем: «Вина, — говорит — не моя,— Хмель разболтал, а не я…» «Хмель? Не знавал я такого»,— Лев молвил на странное слово. Полез богатырь за рубашку, Вытащил с медом баклажку,— «Здесь он, хмель-то… Отведай вина! Осуши-ка баклажку до дна». Раскрыл лев пасть, Напился старого меду всласть, Хвостом заиграл и гудит, как шмель: «Вкусно! Да где же твой хмель?» Заплясал, закружился лев, Куда и девался гнев… В голове заиграл рожок, Расползаются лапы вбок, Бухнулся наземь, хвостом завертел И захрапел. Схватил богатырь его поперек, Вскинул льва на плечо, как мешок, И полез с ним на дуб выше да выше, К зеленой крыше, Положил на самой верхушке, Слез и сел у опушки. Выспался лев, проснулся, Да кругом оглянулся, Земля в далеком колодце, Над мордою тучка несется… Кверху лапы и нос… «Ах, куда меня хмель занес: Эй, богатырь, давай-ка мириться, Помоги мне спуститься!» Снял богатырь с дерева льва. А лев бормочет такие слова: «Ишь, хмель твой какой шутник! Ступай-ка теперь в тростник, Там, — болтала лисица,— У болота конь твой томится, Хвостом комаров отгоняет, Тебя поджидает…»