Зотая поэзия. Литературный портал
Золотой век русской поэзии
Серебряный век русской поэзии
СССР - послевоенный период
Лирика Востока

 

Марина Ивановна Цветаева

 

Автобус


Препонам наперерез Автобус скакал как бес. По улицам, уже сноски, Как бес оголтелый несся И трясся, как зал, на бис Зовущий, - и мы тряслись - Как бесы. Видал крупу Под краном? И врозь, и вкупе - Горох, говорю, в супу Кипящем! Как зерна в ступе, Как вербный плясун - в спирту, Как зубы в ознобном рту! Кто - чем тряслись: от трясни Такой - обернувшись люстрой: Стеклярусом в костьми - Старушка, девица - бюстом И бусами, мать - грудным Ребенком, грудной - одним Упитанным местом. Всех Трясло нас, как скрипку - трелью! От тряса рождался - смех, От смеху того - веселье Безбожно-трясомых груш: В младенчество впавших душ. Я - в юность: в души восторг! В девичество - в жар тот щечный: В девчончество, в зубный сверк Мальчишества, словом - точно Не за город тот дударь Нас мчал - а за календарь. От смеха рождалась лень И немощь. Стоять не в силах, Я в спутнический ремень Товарищески вцепилась. Хоть косо, а напрямик - Автобус скакал, как бык Встречь красному полушалку. Как бык ошалелый, мчался, Пока, описавши крюк Крутой, не вкопался вдруг. ... И лежит, как ей поведено - С долами и взгорьями. Господи, как было зелено, Голубо, лазорево! Отошла январским оловом Жизнь с ее обидами. Господи, как было молодо, Зелено, невиданно! Каждою жилою - как по желобу - Влажный, тревожный, зеленый шум. Зелень земли ударяла в голову, Освобождала ее от дум. Каждою жилою - как по желобу - Влажный, валежный, зеленый дым. Зелень земли ударяла в голову, Переполняла ее - полным! Переполняла теплом и щебетом - Так, что из двух ее половин Можно бы пьянствовать, как из черепа Вражьего - пьянствовал славянин. Каждый росток - что зеленый розан, Весь окоем - изумрудный сплав. Зелень земли ударяла в ноздри Нюхом - так буйвол не чует трав! И, упразднив малахит и яхонт: Каждый росток - животворный шприц В око: - так сокол не видит пахот! В ухо: - так узник не слышит птиц! Позеленевшим, прозревшим глазом Вижу, что счастье, а не напасть, И не безумье, а высший разум: С трона сшед - на четвереньки пасть... Пасть и пастись, зарываясь носом В траву - да был совершенно здрав Тот государь Навуходоносор - Землю рыв, стебли ев, траву жрав - Царь травоядный, четвероногий, Злаколюбивый Жан-Жаков брат... Зелень земли ударяла в ноги - Бегом - донес бы до самых врат Неба... - Все соки вобрав, все токи, Вооруженная, как герой... - Зелень земли ударяла в щеки И оборачивалась - зарей! Боже, в тот час, под вишней - С разумом - что - моим, Вишенный цвет помнившей Цветом лица - своим! Лучше бы мне - под башней Стать, не смешить юнца, Вишенный цвет принявши За своего лица - Цвет... "Седины"? Но яблоня - тоже Седая, и сед под ней - Младенец... Всей твари Божьей (Есть рифма: бедней - родней) - От лютика до кобылы - Роднее сестры была! Я в руки, как в рог, трубила! Я, кажется, прыгала? Так веселятся на карусели Старшие возрасты без стыда; Чувствую: явственно порусели Волосы: проседи - ни следа! Зазеленевшею хворостиной Спутника я, как гуся, гнала. Спутника белая парусина Прямо-таки - паруса была! По зеленям, где земля смеялась, - Прежде была - океана дном!- На парусах тех душа сбиралась Плыть - океана за окоем! (Как топорщился и как покоился В юной зелени - твой белый холст!) Спутник в белом был -и тонок в поясе, Тонок в поясе, а сердцем - толст! Не разведенная чувством меры - Вера! Аврора! Души - лазурь! Дура - душа, но какое Перу Не уступалось - души за дурь? Отяжелевшего без причины Спутника я, как дитя, вела. Спутницы смелая паутина Прямо-таки - красота была! И вдруг - огромной рамой К живому чуду - Аз - Подписанному - мрамор: Ворота: даль и глаз Сводящие. (В сей рамке Останусь вся - везде.) Не к ферме и не к замку, А сами по себе - Ворота... Львиной пастью Пускающие - свет. - Куда ворота? - В счастье, Конечно! - был ответ (Двойной)... Счастье? Но это же там, - на Севере - Где-то - когда-то - простыл и след! Счастье? Его я искала в клевере, На четвереньках! четырех лет! Четырехлистником! В полной спорности: Три ли? Четыре ли? Полтора? Счастье? Но им же - коровы кормятся И развлекается детвора Четвероногая, в жвачном обществе Двух челюстей, четырех копыт. Счастье? Да это ж - ногами топчется, А не воротами предстоит! Потом была колода - Колодца. Басня - та: Поток воды холодной Колодезной - у рта - И мимо. Было мало Ей рта, как моря - мне, И все не попадала Вода - как в странном сне, Как бы из вскрытой жилы Хлеща на влажный зем. И мимо проходила Вода, как жизни - сон... И, утеревши щеки, Колодцу:- Знаю, друг, Что сильные потоки - Сверх рта и мимо рук Идут!.. ________ И какое-то дерево облаком целым - - Сновиденный, на нас устремленный обвал... "Как цветная капуста под соусом белым!" - Улыбнувшись приятно, мой спутник сказал. Этим словом - куда громовее, чем громом Пораженная, прямо сраженная в грудь: - С мародером, с вором, но не дай с гастрономом, Боже, дело иметь, Боже, в сене уснуть! Мародер оберет - но лица не заденет, Живодер обдерет - но душа отлетит. Гастроном ковырнет - отщипнет - и оценит - И отставит, на дальше храня аппетит. Мои кольца - не я: вместе с пальцами скину! Моя кожа - не я: получай на фасон! Гастроному же - мозг подавай, сердцевину Сердца, трепет живья, истязания стон. Мародер отойдет, унося по карманам - Кольца, цепи - и крест с отдышавшей груди. Зубочисткой кончаются наши романы С гастрономами. Помни! И в руки - нейди! Ты, который так царственно мог бы - любимым Быть, бессмертно-зеленым (подобным плющу!) - Неким цветно-капустным пойдешь анонимом По устам: за цветущее дерево - мщу. Апрель 1934 - июнь 1936 гг.