Зотая поэзия. Литературный портал
Золотой век русской поэзии
Серебряный век русской поэзии
СССР - послевоенный период
Лирика Востока

 

Марина Ивановна Цветаева

 

Маяковскому


1 Чтобы край земной не вымер Без отчаянных дядей, Будь, младенец, Володимир: Целым миром володей! 2 Литературная - не в ней Суть, а вот - кровь пролейте! Выходит каждые семь дней. Ушедший - раз в столетье Приходит. Сбит передовой Боец. Каких, столица, Еще тебе вестей, какой Еще - передовицы? Ведь это, милые, у нас, Черновец - милюковцу: "Владимир Маяковский? Да-с. Бас, говорят, и в кофте Ходил"... Эх кровь-твоя-кровца! Как с новью примириться, Раз первого ее бойца Кровь - на второй странице (Известий.) 3 "В гробу, в обыкновенном темном костюме, в устойчивых, грубых ботинках, подбитых железом, лежит величайший поэт революции". ("Однодневная газета", 24 апреля 1930 г.) В сапогах, подкованных железом, В сапогах, в которых гору брал - Никаким обходом ни объездом Не доставшийся бы перевал - Израсходованных до сиянья За двадцатилетний перегон. Гору пролетарского Синая, На котором праводатель - он. В сапогах - двустопная жилплощадь, Чтоб не вмешивался жилотдел - В сапогах, в которых, понаморщась, Гору нес - и брал - и клял - и пел - В сапогах и до и без отказу По невспаханностям Сентября, В сапогах - почти что водолаза: Пехотинца, чище ж говоря: В сапогах великого похода, На донбассовских, небось, гвоздях. Гору горя своего народа Стапятидесяти (Госиздат) Миллионного ... - В котором роде Своего, когда который год: "Ничего-де своего в заводе!" Всех народов горя гору - вот. Так вот в этих - про его Рольс-Ройсы Говорок еще не приутих - Мертвый пионерам крикнул: Стройся! В сапогах - свидетельствующих. 4 Любовная лодка разбилась о быт И полушки не поставишь На такого главаря. Лодка-то твоя, товарищ, Из какого словаря? В лодке, да еще в любовной Запрокинуться - скандал! Разин - чем тебе не ровня? - Лучше с бытом совладал. Эко новшество - лекарство Хлещущее, что твой кран! Парень, не по-пролетарски Действуешь - а что твой пан! Стоило ж в богов и в матку Нас, чтоб - кровь, а не рассвет! - Класса белую подкладку Выворотить напослед. Вроде юнкера, на Тоске Выстрелившего - с тоски! Парень! не по-маяковски Действуешь: по-шаховски. Фуражечку б на бровишки И - прощай, моя джаным! Правнуком своим проживши, Кончил - прадедом своим. То-то же, как на поверку Выйдем - стыд тебя заест: Совето-российский Вертер. Дворяно-российский жест. Только раньше - в околодок, Нынче ж... - Враг ты мой родной! Никаких любовных лодок Новых - нету под луной. 5 Выстрел - в самую душу, Как только что по врагам. Богоборцем разрушен Сегодня последний храм. Еще раз не осекся, И, в точку попав - усоп. Было стало быть сердце, Коль выстрелу следом - стоп. (Зарубежье, встречаясь: "Ну, казус! Каков фугас! Значит - тоже сердца есть? И с той же, что и у нас?") Выстрел - в самую точку, Как в ярмарочную цель. (Часто - левую мочку Отбривши - с женой в постель.) Молодец! Не прошибся! А женщины ради - что ж! И Елену паршивкой - Подумавши - назовешь. Лишь одним, зато знатно, Нас лефовец удивил: Только вправо и знавший Палить-то, а тут - словил. Кабы в правую - свeрк бы Ланцетик - и здрав ваш шеф. Выстрел в левую створку: Ну в самый-те Центропев! 6 Зерна огненного цвета Брошу на ладонь, Чтоб предстал он в бездне света Красный как огонь. Советским вельможей, При полном Синоде... - Здорово, Сережа! - Здорово, Володя! Умаялся? - Малость. - По общим? - По личным. - Стрелялось? - Привычно. - Горелось? - Отлично. - Так стало быть пожил? - Пасс в некотором роде. ...Негоже, Сережа! ...Негоже, Володя! А помнишь, как матом Во весь свой эстрадный Басище - меня-то Обкладывал? - Ладно Уж... - Вот-те и шлюпка Любовная лодка! Ужель из-за юбки? - Хужей из-за водки. Опухшая рожа. С тех пор и на взводе? Негоже, Сережа. - Негоже, Володя. А впрочем - не бритва - Сработано чисто. Так стало быть бита Картишка? - Сочится. - Приложь подорожник. - Хорош и коллодий. Приложим, Сережа? - Приложим, Володя. А что на Рассее - На матушке? - То есть Где? - В Эсэсэсере Что нового? - Строят. Родители - родят, Вредители - точут, Издатели - водят, Писатели - строчут. Мост новый заложен, Да смыт половодьем. Все то же, Сережа! - Все то же, Володя. А певчая стая? - Народ, знаешь, тертый! Нам лавры сплетая, У нас как у мертвых Прут. Старую Росту Да завтрашним лаком. Да не обойдешься С одним Пастернаком. Хошь, руку приложим На ихнем безводье? Приложим, Сережа? - Приложим, Володя! Еще тебе кланяется... - А что добрый Наш Льсан Алексаныч? - Вон - ангелом! - Федор Кузьмич? - На канале: По красные щеки Пошел. - Гумилев Николай? - На Востоке. (В кровавой рогоже, На полной подводе...) - Все то же, Сережа. - Все то же, Володя. А коли все то же, Володя, мил-друг мой - Вновь руки наложим, Володя, хоть рук - и - Нет. - Хотя и нету, Сережа, мил-брат мой, Под царство и это Подложим гранату! И на раствороженном Нами Восходе - Заложим, Сережа! - Заложим, Володя! 7 Много храмов разрушил, А этот - ценней всего. Упокой, Господи, душу усопшего врага твоего. Савойя, август 1930