Зотая поэзия. Литературный портал
Золотой век русской поэзии
Серебряный век русской поэзии
СССР - послевоенный период
Лирика Востока

 

Александр Cергеевич Грибоедов. Горе от ума.

Комедия в четырех действиях в стихах

 

Явление 4

Чацкий, Репетилов (вбегает с крыльца, при самом входе падает со всех ног и поспешно оправляется). Репетилов Тьфу! оплошал. - Ах, мой Создатель! Дай протереть глаза; откудова? приятель!.. Сердечный друг! Любезный друг! Mon cher! * Вот фарсы * мне как часто были петы, Что пустомеля я, что глуп, что суевер, Что у меня на все предчувствия, приметы; Сейчас... растолковать прошу, Как будто знал, сюда спешу, Хвать, об порог задел ногою И растянулся во весь рост. Пожалуй, смейся надо мною, Что Репетилов врет, что Репетилов прост, А у меня к тебе влеченье, род недуга, Любовь какая-то и страсть, Готов я душу прозакласть, Что в мире не найдешь себе такого друга, Такого верного, ей-ей; Пускай лишусь жены, детей, Оставлен буду целым светом, Пускай умру на месте этом, Да разразит меня Господь... Чацкий Да полно вздор молоть. Репетилов Не любишь ты меня, естественное дело: С другими я и так и сяк, С тобою говорю несмело, Я жалок, я смешон, я неуч, я дурак. Чацкий Вот странное уничиженье! Репетилов Ругай меня, я сам кляну свое рожденье, Когда подумаю, как время убивал! Скажи, который час? Чацкий Час ехать спать ложиться; Коли явился ты на бал, Так можешь воротиться. Репетилов Что бал? братец, где мы всю ночь до бела дня, В приличьях скованы, не вырвемся из ига, Читал ли ты? есть книга... Чацкий А ты читал? задача для меня, Ты Репетилов ли? Репетилов Зови меня вандалом: * Я это имя заслужил. Людьми пустыми дорожил! Сам бредил целый век обедом или балом! Об детях забывал! обманывал жену! Играл! проигрывал! в опеку взят указом! * Танцовщицу держал! и не одну: Трех разом! Пил мертвую! не спал ночей по девяти! Все отвергал: законы! совесть! веру! Чацкий Послушай! ври, да знай же меру; Есть от чего в отчаянье придти. Репетилов Поздравь меня, теперь с людьми я знаюсь С умнейшими!! - всю ночь не рыщу напролет. Чацкий Вот нынче, например? Репетилов Что ночь одна, - не в счет, Зато спроси, где был? Чацкий И сам я догадаюсь. Чай, в клубе? Репетилов В Английском. Чтоб исповедь начать: Из шумного я заседанья. Пожало-ста молчи, я слово дал молчать; У нас есть общество, и тайные собранья По четвергам. Секретнейший союз... Чацкий Ах! я, братец, боюсь. Как? в клубе? Репетилов Именно. Чацкий Вот меры чрезвычайны, Чтоб взашеи прогнать и вас, и ваши тайны. Репетилов Напрасно страх тебя берет, Вслух, громко говорим, никто не разберет. Я сам, как схватятся о камерах, присяжных, * О Бейроне *, ну о матерьях * важных, Частенько слушаю, не разжимая губ; Мне не под силу, брат, и чувствую, что глуп. Ax! Alexandre! у нас тебя недоставало; Послушай, миленький, потешь меня хоть мало; Поедем-ка сейчас; мы, благо, на ходу; С какими я тебя сведу Людьми!!... Уж на меня нисколько не похожи! Что за люди, mon cher! Сок умной молодежи! Чацкий Бог с ними и с тобой. Куда я поскачу? Зачем? в глухую ночь? Домой, я спать хочу. Репетилов Э! брось! кто нынче спит? Ну полно, без прелюдий * Решись, а мы!.. у нас... решительные люди, Горячих дюжина голов! Кричим - подумаешь, что сотни голосов!.. Чацкий Да из чего беснуетесь вы столько? Репетилов Шумим, братец, шумим! Чацкий Шумите вы? и только? Репетилов Не место объяснять теперь и недосуг, Но государственное дело: Оно, вот видишь, не созрело, Нельзя же вдруг. Что за люди! mon cher! Без дальних я историй Скажу тебе: во-первых, князь Григорий!! Чудак единственный! нас со смеху морит! Век с англичанами, вся английская складка, И так же он сквозь зубы говорит, И так же коротко обстрижен для порядка. Ты не знаком? о! познакомься с ним. Другой - Воркулов Евдоким; Ты не слыхал, как он поет? о! диво! Послушай, милый, особливо Есть у него любимое одно: "А! нон лашьяр ми, но, но, но". * Еще у нас два брата: Левон и Боринька, чудесные ребята! Об них не знаешь что сказать; Но если гения прикажете назвать: Удушьев Ипполит Маркелыч!!! Ты сочинения его Читал ли что-нибудь? хоть мелочь? Прочти, братец, да он не пишет ничего; Вот эдаких людей бы сечь-то, И приговаривать: писать, писать, писать; В журналах можешь ты, однако, отыскать Его отрывок, взгляд и нечто. Об чем бишь нечто? - обо всем; Все знает, мы его на черный день пасем. Но голова у нас, какой в России нету, Не надо называть, узнаешь по портрету: Ночной разбойник, дуэлист, В Камчатку сослан был, вернулся алеутом, И крепко на руку нечист; Да умный человек не может быть не плутом. Когда ж об честности высокой говорит, Каким-то демоном внушаем: Глаза в крови, лицо горит, Сам плачет, и мы все рыдаем. Вот люди, есть ли им подобные? Навряд... Ну, между ими я, конечно, зауряд *, Немножко поотстал, ленив, подумать ужас! Однако ж я, когда, умишком понатужась, Засяду, часу не сижу, И как-то невзначай, вдруг каламбур * рожу. Другие у меня мысль эту же подцепят И вшестером, глядь, водевильчик * слепят, Другие шестеро на музыку кладут, Другие хлопают, когда его дают. Брат, смейся, а что любо, любо: Способностями Бог меня не наградил, Дал сердце доброе, вот чем я людям мил, Совру - простят... Лакей (у подъезда) Карета Скалозуба! Репетилов Чья?