Зотая поэзия. Литературный портал
Золотой век русской поэзии
Серебряный век русской поэзии
СССР - послевоенный период
Лирика Востока

Реклама:  купить светодиодная лампа
 

Александр Трифонович Твардовский

 

Армейский сапожник

В лесу, возле кухни походной, Как будто забыв о войне, Армейский сапожник холодный Сидит за работой на пне. Сидит без ремня, без пилотки, Орудует в поте лица. В коленях - сапог на колодке, Другой - на ноге у бойца. И нянчит и лечит сапожник Сапог, что заляпан такой Немыслимой грязью дорожной, Окопной, болотной, лесной,- Не взять его, кажется, в руки, А доктору все нипочем, Катает согласно науке Да двигает лихо плечом. Да щурится важно и хмуро, Как знающий цену себе. И с лихостью важной окурок Висит у него на губе. Все точно, движенья по счету, Удар - где такой, где сякой. И смотрит боец за работой С одною разутой ногой. Он хочет, чтоб было получше Сработано, чтоб в аккурат. И скоро сапог он получит, И топай обратно, солдат. Кто знает,- казенной подковки, Подбитой по форме под низ, Достанет ему до Сычевки, А может, до старых границ. И может быть, думою сходной Он занят, а может - и нет. И пахнет от кухни походной, Как в мирное время, обед. И в сторону гулкой, недальней Пальбы - перелет, недолет - Неспешно и как бы похвально Кивает сапожник: - Дает? - Дает,- отзывается здраво Боец. И не смотрит. Война. Налево война и направо, Война поперек всей державы, Давно не в новинку она. У Волги, у рек и речушек, У горных приморских дорог, У северных хвойных опушек Теснится колесами пушек, Мильонами грязных сапог. Наломано столько железа, Напорчено столько земли И столько повалено леса, Как будто столетья прошли. А сколько разрушено крова, Погублено жизни самой. Иной - и живой и здоровый - Куда он вернется домой, Найдет ли окошко родное, Куда постучаться в ночи? Все - прахом, все - пеплом-золою, Сынишка сидит сиротою С немецкой гармошкой губною На чьей-то холодной печи. Поник журавель у колодца, И некому воду носить. И что еще встретить придется - Само не пройдет, не сотрется,- За все это надо спросить... Привстали, серьезные оба. - Кури. - Ну давай, закурю. - Великое дело, брат, обувь. - Молчи, я и то говорю. Беседа идет, не беседа, Стоят они, курят вдвоем. - Шагай, брат, теперь до победы. Не хватит - еще подобьем. - Спасибо.- И словно бы другу, Который его провожал, Товарищ товарищу руку Внезапно и крепко пожал. В час добрый. Что будет - то будет. Бывало! Не стать привыкать!.. Родные великие люди, Россия, родимая мать. 1942